Клин и Чайковский
Незарегистрированные пользователи могут просматривать не более 3-х рассказов.
Вам необходимо зарегистрироваться или авторизоваться, если вы уже зарегистрированы.
Регистрация займет не больше минуты.
Полезные ссылки:
✔️ Кэшбэк 4% при бронировании на Ostrovok.ru. Более 3000 отзывов.
✔️ Кэшбэк 4% при бронировании отеля на Яндекс.Путешествия.
✔️ Кэшбэк до 2% при покупке авиабилетов на Aviasales.
✔️ Кэшбэк 4% при бронировании Авто на Localrent. Автомобили от локальных прокатных контор на популярных курортах: Турция, Крым, Сочи, Грузия, ОАЭ, Армения и многие другие. Принимают карты МИР.
✔️ Русские гиды и экскурсии по всему миру. Трансферы, услуги фотографов и многое другое.
✔️ Дешевые авиабилеты? Конечно Aviasales.
Что написал чайковский в клину
«Имя Чайковского близко и дорого человеку — оно звучит для нас, как символ величия и гуманистической силы искусства. В его гениальной личности счастливо сочетались природное дарование с неутомимой творческой энергией, заставлявшей его вновь и вновь обращаться к людям, говорить с ними языком своей музыки» — так характеризует Чайковского Дмитрий Дмитриевич Шостакович.
Язык музыки великого русского композитора одинаково понятен и близок людям всех национальностей, населяющих пашу планету. И не удивительно, что подмосковный город Клин отмечен на всех туристических маршрутах, что поток посетителей ежедневно устремляется к небольшому двухэтажному дому, в котором жил и творил Петр Ильич Чайковский.
Шел 1885 год. К этому времени Петр Ильич стал уже известным композитором. К нему тянулись многие молодые музыканты, авторитет его в Русском музыкальном обществе и консерватории был очень высок. Постановки на петербургской сцене опер «Орлеанская дева», «Мазепа» и особенно «Евгения Онегина», имевшего блестящий успех, вызвали повышенный интерес к творчеству Чайковского. Концертные исполнения его симфонических и камерных произведений, постановки опер, издательские дела призывали композитора то в Петербург, то в Москву. После ухода из Московской консерватории в 1878 году основным местом пребывания Чайковского стала Каменка на Украине, где жила его сестра А.И. Давыдова с семьей. Приезжая в Москву, Петр Ильич вынужден был останавливаться в гостиницах. Потребность быть «хоть где-нибудь у себя дома» зрела в композиторе уже несколько лет. Не владея капиталом, необходимым для покупки усадьбы, Чайковский искал возможность арендовать на длительный срок подходящее помещение в таком уголке, где все окружающее создавало бы условия, необходимые для творчества. Именно эта потребность и привела Петра Ильича к решению жить вне города. Слуга его Алексей Софронов, уроженец Клинского уезда, нанял дом в селе Майданове под Клином, в имении Новиковой, расположенном вблизи города. Это несомненно имело значение для композитора: Клин стоит на железной дороге Москва — Петербург, отсюда в любой день можно было поехать в одну из столиц. И близко, и не рядом.
В первые же дни приезда в Майданово Чайковский писал: «Какое счастье быть у себя! Какое блаженство знать, что никто не придет, не помешает ни занятиям, ни чтению, ни прогулкам!» «Музыкальные мысли, — говорил он, — зарождаются во мне как только, отвлекшись от чуждых моему труду соображений и забот, я принимаюсь за работу. Большинство мыслей, впрочем, возникает во мне во время моих ежедневных прогулок. ».
С записной книжкой в руке, куда заносились все зарождавшиеся музыкальные образы, совершал Чайковский свои обязательные двухчасовые прогулки, невзирая на погоду. «Я. создан для деревенской жизни, мне необходимы такие прогулки, где бы я мог быть наедине с природой». Выросший в глуши Прикамья, с раннего детства очарованный красотой русской природы, Петр Ильич писал: «. я всегда был и останусь безраздельным поклонником нашей скудной, по примиряющей и успокоительно действующей русской природы».
«. День чудесный, солнечный, снег блистает мириадами алмазов, и слегка подтаивает. Из окна моего широкий вид на паль! Хорошо, просторно, всей грудью дышишь под этим необозримым горизонтом!». Письмо к Н. Ф. фон Мекк, 5 марта 1885 г., с. Майданово
«Клинский период» — это почти девять лет жизни и творчества Чайковского. Это годы достижения наивысшего расцвета мастерства композитора, создания произведений, вошедших в мировую музыкальную сокровищницу. Тепло и поэтично раскрыл значение этих клинских лет Константин Паустовский: «. и шум осенних лесов и на берега реки Сестры, где жил, бродил и работал Чайковский, органически входит звучание симфонии и раскрывает перед нами во всей силе и прелести не броскую, по поразительную красоту нашей русской земли,- ее зарослей, рек, деревень, омутов, луговых туманов, осеннего ломкого хруста листвы, костров, заброшенных дорог и ночных звездных огней в безымянных водах. Чайковский любил эту русскую землю с застенчивой, молчаливой, но неистовой силой».
В селе Майданово композитор поселился 5 февраля 1885 года. Усадьба была расположена на высоком берегу реки Сестры. За ней — леса, поля. Хотя шел февраль, стояли морозы, толстым слоем лежал снег, а в доме было не очень тепло и уютно, Чайковский удовлетворенно сообщал певице О. К. Павловской: «Не могу изобразить, до чего обаятельны для меня русская деревня, русский пейзаж и эта тишина, в коей я всего более нуждался». Тишина для творческого труда!
В Майданове, где композитор прожил до конца 1887 года, созданы новая редакция оперы «Кузнец Вакула» («Черевички»), симфония «Манфред», опера «Чародейка», пьеса для фортепиано «Думка». Жизнь зимой в деревне не пугала композитора. Каждое время года имело для Чайковского свою особую прелесть. «Люблю я нашу зиму долгую, упорную. Ждешь не дождешься, когда наступит пост, а с ним и первые признаки весны. Но зато какое волшебство наша весна своей внезапностью, своей роскошной силой. С какой любовью приветствуешь первую зеленую травку! Как радуешься прилету грачей, а за ними жаворонков и других заморских птиц!» — так поэтично описал весну Чайковский. Весне, пробуждению жизни, любви посвятил он светлую музыкальную сказку-балет «Спящая красавица», созданный во Фроловском, куда Петр Ильич переехал в 1888 году.
Фроловское — прелестный уголок под Клином. Уединенная усадьба, дом со старинной мебелью, запущенный сад, переходивший непосредственно в лес, широкая даль — все радовало Петра Ильича, все было по сердцу. Во Фроловском он прожил три года, сюда возвращался из гастрольных поездок по Западной Европе, увенчанный лаврами как композитор и как дирижер. Берлин, Лейпциг, Гамбург, Прага, Париж, Лондон — концерты под управлением Чайковского, концерты в честь Чайковского, вечера, обеды, уличные серенады, все новые и новые знакомства в музыкальном мире Запада.
В мае 1838 года Чайковский писал: «Я совершенно влюблен в Фроловское. пойду гулять на полчаса, увлекусь и прогуляю иногда часа два». Здесь написаны Пятая симфония, увертюра «Гамлет», секстет «Воспоминание о Флоренции». Петр Ильич мечтал даже купить милое Фроловское. Творчество Чайковского всегда было связано с глубочайшим мироощущением, создаваемым общением с природой. Осенью 1888 года — первое исполнение оперы «Евгений Онегин» за границей, на сцене Пражского Национального театра.
К началу 1890-х годов авторитет Чайковского как в России, так и за ее пределами очень вырос, а композиторская слава перешагнула за океан. Концертная поездка в Соединенные Штаты Америки в 1891 году вплела немало лавров в его триумфальный венок. В эти последние годы Чайковский — почетный член многих отечественных и зарубежных музыкальных организаций и обществ: Флорентийской академии, Пражской Умелецкой беседы, Амстердамского музыкального общества, член-корреспондент Института Франции, доктор музыки Кембриджского университета. Все эти поездки, встречи, триумфы нелегко давались Чайковскому. Его угнетала тоска по родине и мысль о том, что вместо композиции он занимается «не своим делом». Сознавая, однако, что его заграничные выступления ломают предубеждение против русской музыки и пробивают ей путь на концертные эстрады Запада, что в его лице «путешествует русская музыка», Чайковский считал, что он не имеет права отказываться от приглашений. Но потребность в творчестве делалась все настойчивее. «Для меня бросить сочинение равносильно лишению себя жизни»,- высказался как-то Чайковский. А творить можно было только в уединении, без помех.
После годичной жизни в Майданове, Чайковский поселился в Клину, в доме, находившемся тогда в одной версте от города, у шлагбаума. Брату Анатолию он сообщил: «Я нанял дом в Клину для будущего житья. Из дома чудесный вид и при нем сад весьма достаточный». «Здесь я гораздо больше у себя, а прогулок очень много и весьма удобно, ибо я живу на самом шоссе, так что и в дождь гулять могу не утопая в грязи»,- писал он Ф. Г. Конради.
Где бы ни жил Чайковский, всюду он устанавливал твердое расписание дня и неуклонно следовал ему. Так строилась жизнь и в клинском доме. «Моя система работы чисто ремесленная, то есть абсолютно регулярная, всегда в одни и те же часы, без всякого к самому себе послабления»,- писал о себе Петр Ильич. «Вдохновение, это такая гостья, которая не любит посещать ленивых, она является к тем, кто ее призывает».
По большой лестнице посетители поднимаются на второй этаж, где расположены комнаты композитора. В прихожей можно познакомиться с личными вещами Чайковского, его одеждой, различными подношениями — свидетельствами любви и почитания его творчества. Через прихожую входим в кабинет-гостиную Петра Ильича. Здесь все сохранилось так, как было при хозяине. Все стоит на тех же самых местах, всех здешних предметов касались его руки. Лица родных, друзей, товарищей, учеников Петра Ильича глядят на нас со стен, говоря нам об исключительной сердечной памяти великого и скромного человека. Все картины и портреты развешаны согласно его желанию. За столом у окна написано много писем. Корреспонденция Петра Ильича дает нам возможность заглянуть в глубины глубин личности великого художница. Отвечая одному корреспонденту в пору широчайшей известности и славы, Чайковский писал: «Мне кажется, что я действительно одарен свойством правдиво, искренно и просто выражать музыкой те чувства, настроения и образы, на которые наводит текст. В этом смысле я реалист и коренной русский человек. Какова художественная ценность, какова степень силы творчества, какая дана мне в удел — это вопрос другой. Я не имею ни малейшей претензии на гениальность». Композитор бережно хранил получаемые письма, перечитывал их. Он любил погружаться и прошлое. «Жалеть прошедшее, надеяться на будущее, никогда не удовлетворяясь настоящим — вот в чем проходит моя жизнь».
Но «настоящее» предъявляло свои права, принося ему и радости, и огорчения, и славу. Дирекция театров заказывала Чайковскому все новые сочинения, концертные организации — свои и заграничные — настойчиво приглашали на гастроли, музыкальные издательства добивались права издания его произведений. Отовсюду шли письма с просьбами подарить автограф, просмотреть сочинения, помочь организовать гастроли в России, устроить на работу, помочь материально. Чайковский называл себя «мучеником почты», но считал своим долгом отвечать на каждое письмо и помогать просящим. Корреспонденции чаще всего отводились послеобеденные часы. Утренние же были самыми плодотворными, творческими.
В летнее время день начинался в балконе-фонарике. Здесь, встречаемый утренним солнцем, Петр Ильич пил чай, просматривал почту, а после небольшой прогулки спешил к рабочему столу. Обед, затем большая прогулка, к вечеру — игра на рояле или чтение. Библиотечные шкафы Чайковского заполнены книгами самого разного содержания — художественная литература, естествознание, история, философия, книги на русском, французском, английском, итальянском и других языках. «Чтение, — говорил Петр Ильич, — есть одно из величайших блаженств, когда оно сопровождается спокойствием в душе и не делается урывками, а постоянно». Читал он с карандашом в руках. На полях многих книг сохранились различные пометы, а также наброски, нотные эскизы задуманных произведений. Любовь к русской литературе, русским писателям побуждала Петра Ильича приобретать их сочинения и в переводах на иностранные языки. Выписывал он и различные журналы. Познакомившись с творчеством молодого Чехова, Петр Ильич сразу угадал в нем «будущий столп нашей словесности». Глубоко чтил композитор Льва Толстого, с которым встречался в 1876 году. «Его одного достаточно, чтобы русский человек не склонял стыдливо голову, когда перед ним вычитывают то великое, что дала человечеству Европа»,- сказал он о Толстом.
В нотной библиотеке композитора партитуры опер Глинки, Римского-Корсакова, произведения многих великих музыкантов. Когда в Клип приезжали родные и друзья Чайковского, затевалось громкое чтение или игра на рояле, зачастую в четыре руки. Чайковский и сам играл новые, только что появившиеся или классические сочинения. Любимым его композитором был Моцарт. К нему Петр Ильич обращался, по-видимому, часто. На внутренней стороне переплета одной из тетрадей сочинений Моцарта Чайковский записал первые наброски пьес для фортепиано, соч. 72. За роялем, подаренным композитору фирмой Беккер, он проверял написанное, работал над переложением симфонических произведений.
Уже давно нет Чайковского, но инструмент его не замолк: два раза в год — в день рождения и день памяти композитора — крышка рояля открывается, и выдающиеся пианисты, по установившейся традиции, исполняют в честь автора его великие сочинения. Каждые четыре года, когда в музей приезжают члены жюри и участники Международных конкурсов имени Чайковского, эта привилегия предоставляется лауреату. При жизни композитора в этом доме много гостей но бывало. Здесь царила тишина, та особая тишина, которой не мог «достаточно наслушаться» великий музыкант. Отходили на второй план впечатления от встреч с Дворжаком, Григом, Массне, от восторженных приемов в Петербурге, Одессе, Харькове. Скорее за рабочий стол, скорее положить на бумагу то, что выношено в сознании.
Работал Чайковский в спальне за большим простым столом, у окна, за которым шелестят березы. Многие произведения написаны за этим столом, но главное — Шестая симфония. Об этом сочинении Чайковский говорил: «Я положительно считаю ее наилучшей и в особенности наиискреннейшей из всех моих вещей». «Никогда в жизни я не был еще так доволен собой, так горд, так счастлив сознанием, что сделал в самом деле хорошую вещь». Здесь написаны восемнадцать пьес для фортепиано, вокальный квартет «Ночь» на слова самого Чайковского, и шесть романсов, соч. 73 на стихи Д. Ратгауза. В этом доме были закончены работы над оперой «Иоланта» и балетом «Щелкунчик», в октябре 1803 года была завершена инструментовка первой части фортепианного концерта, переделанного из незавершенной симфонии ми-бемоль мажор. Это произведение издано после смерти автора как Третий концерт для фортепиано с оркестром. Несмотря на постоянный разъезды, Чайковский за период, прожитый в клинском доме, создал много произведений. Видно, справедливы были его слова: «Мне дома очень хорошо, и заниматься я нигде не могу с такими удобствами, как здесь».
Когда кончались часы, отданные творчеству, Петр Ильич после обеда отправлялся на большую прогулку. Ходил за Ямугу, за Щапово, знал, что такое Лисий нос, Сайкина горка, Никитский ключ. Страстный грибник, он знал все грибные места и приносил с прогулок множество белых грибов. За восемь лет он хорошо изучил окрестности Клина. Любил Чайковский по вечерам ходить «на линию» смотреть, как проходят курьерские поезда. Навещал композитор и некоторых клинчан. До болезненности застенчивый с людьми, равными себе по кругу, он охотно беседовал с клинчанами, с крестьянами сел, через которые ходил гулять. С большой теплотой вспоминали композитора не только общавшиеся с ним, но и те, кто только издали наблюдал за добрым барином в сером пиджаке. Его сердечность, готовность прийти каждому на помощь в беде, любовь Чайковского к деревенским ребятишкам, для которых карманы сто одежды набивались сладостями и мелкой монетой, на многие годы сохранили о нем добрую память. В селе Майданове Петр Ильич добился открытия школы и оплачивал обучение ребят. Щедрые чаевые сделали его очень популярным среди клинских извозчиков. Один из них, везя в мемориальный Дом-музей композитора Глазунова, спросил у него, правда ли, что покойный Чайковский был «сочинителем всероссийской музыки».
Чудесные окрестности Клина, где лес чередовался с полями и лугами, где открывались поэтические дали, полюбились Чайковскому с первого года. Ходок он был превосходный — пройти десять-двенадцать километров ему ничего не стоило. Вернувшись с прогулки, можно было посидеть в саду, в беседке с книгой. Петр Ильич очень заботился о саде, часто сам сажал в нем цветы.
«Цветы, при моем отъезде едва выходившие из земли, разрослись и радуют мои взоры; бесчисленное множество раз в течение дня брожу около них и наслаждаюсь их созерцанием. » — писал Петр Ильич Модесту Ильичу Чайковскому 17 июля 1892 г. В саду Дома-музея цветут ландыши — любимые цветы Чайковского, перенесенные из леса заботливой рукой его племянника, Ю. Давыдова. Цветы в саду растут, конечно, другие, но сохранились деревья, под сенью которых гулял композитор. Если бы они могли говорить, сколько бы рассказали они нам о раздумьях великого маэстро, о тех мелодиях, что слышались ему в шелесте их листвы, в дуновении ветерка. Писатель Н. Телешов, посетил Дом-музей, оставил запись: «Все, вместе взятое. и самый дом, где жил Чайковский и где создавалась его Шестая симфония, и зеленый сад с тенистыми дорожками, по которым бродил Петр Ильич, может быть, переживая именно здесь творческие муки и наслаждения зарождавшегося произведения,- все это слилось для меня в единое впечатление тихой душевной радости, словно я приблизился к целой группе великих и крупных людей века, чьими талантами и чьим искусством бывает светла наша жизнь. Брожу по музею — и передо мной встают чудесные образы минувшего, а за окнами сияет летний день, тихо шумят зеленые ветви и птицы поют свои вековечные песни».
7(19) октября 1893 года Чайковский покинул Клин. Зима предстояла нелегкая: концерты в Петербурге, Москве, постановка оперы «Иоланта» в Большом театре, гастроли в Одессе, Франкфурте, Лондоне, Гельсингфорсе. А сколько было творческих планов! Оперы русская и французская, концерт для флейты, что-то для виолончели. Недаром Чайковский говорил, что ста жизней не хватит, чтобы осуществить все его планы. И они остались неосуществленными. 16 (28) октября композитор продирижировал первым исполнением Шестой симфонии, а 25 октября (6 ноября) 1893 года его не стало.
Собственного дома у Чайковского не было. Но дом Чайковского в Клину известен во всем мире. Родные композитора, позаботившись о создании в доме музея, превратили его в первый русский мемориальный музыкальный музей, Дом выкупили у его владельца, сделали пристройку, чтобы сохранить в полной неприкосновенности мемориальные комнаты Петра Ильича. Умирая Модест Ильич Чайковский — владелец музея — завещал его Русскому музыкальному обществу. Это спасло Дом-музей от превращения в частную дачу. Сохранен кабинет Модеста Ильича, где была написана им первая биография П. И. Чайковского и положено начало архива музея.
Когда в конце весны
в последний раз срываю
Любимые цвет, — тоска мне давит грудь,
И к будущему я молитвенно взываю;
Хоть раз еще хочу
на ландыши взглянуть.
Вот отцвели они.
Стрелой промчалось лето,
Короче стали дни, умолк пернатый хор,
Скупее солнце нам дает тепла и света,
И разостлал уж лес свой лиственный ковер…
Я жду весны. И вот волшебница явилась,
Свой саван сбросил лес и нам готовит тень
И реки потекли, и роща огласилась,
И наконец настал давно желанный день!
Скорее в лес. Бегу знакомою тропою,
Ужель сбылись мечты,
осуществились сны?.
Вот он! Склонясь к земле, я трепетной рукою
Срываю чудный дар волшебницы весны.П.И. Чайковский
«. лес уже желтеет; дорожки и тропинки усыпаны листьями. В осени есть какая-то особенная прелесть; я люблю ее не менее весны». П. Чайковский
В 1918 году были выданы охранные грамоты, а в 1921 году «Музей-дом Чайковского был национализирован. Ныне сто усадьба увеличена вдвое, заложен новый парк. По решению правительства России построено новое здание с концертным залом. Здесь развернуты дополнительные экспозиции, проводятся концерты, лекции, творческие встречи с композиторами, исполнителями, участниками международных конкурсов. Многие делегации, в том число композиторов Украины, Ленинграда, Москвы, жюри и участники Международных конкурсов имени Чайковского, гости, прибывшие на юбилей Московской консерватории, артисты театра «Ла Скала» посадили деревья в новом парке в память своего посещения Дома-музея П. И. Чайковского. Так возникла аллея музыкантов. А в мемориальном саду широко раскинул свою крону дуб, посаженный в 1958 году американским дирижером Леопольдом Стоковским «как любовное подношение от музыкантов всего мира».
Прекрасно писал о значении творчества Петра Ильича академик Б. В. Асафьев: «Чайковский, мечтавший стать близким и понятным пароду, мог бы теперь убедиться в полной реализации своей мечты. он действительно стал во всем своем творческом размахе народнейшим композитором. Его произведения поют, играют, слушают, изучают, любят самые чуткие, внимательные и признательные слушатели: весь советский народ».
Чайковский в Клину
Последние годы своей жизни композитор провёл в Клину, под Москвой. Пётр Ильич страдал расстройством личности, он не мог жить в таких больших городах, как Петербург и Москва.
Во время своих скитаний он писал:
«Среди этих величественно прекрасных видов и впечатлений туриста я всей душой стремлюсь в Русь, и сердце сжимается при представлении её равнин, лугов, рощей…»,
«Чем ближе подвигаешься к старости, тем живее чувствуешь наслаждения от близости к природе».
Постоянно испытывая недостаток в денежных средствах, Чайковский не мог позволить себе покупку собственного дома, поэтому он искал уединённое место с красивыми видами, неподалёку от столиц, чтобы арендовать дом и после утомительных гастролей иметь возможность творить и отдыхать.
Начиная с 1885 г. выбор композитора уже падал на усадьбы в здешних местах, но он не мог найти там отдохновения измученной душе. То многочисленные постояльцы музицировали, то красота пейзажа нарушалась сценами грубого быта.
Давно Пётр Ильич приметил дом мирового судьи Сахарова на окраине Клина, где за садом начиналась дорога в Петербург. Дом ему очень нравился — с одной стороны лес, с другой – поле. Пётр Ильич поселился здесь 5 мая 1892 года.
«Я нанял дом в Клину для будущего жилья. Не знаю, помнишь ли ты, это дом Сахарова, большой, комфортабельный, по шоссе по направлению к Москве, уже за городом… Мне необходимо, я это чувствую, иметь жильё в деревне или, что-то же, в Клину, дабы знать, что стоит захотеть – и покойный, тихий угол для работы у меня всегда готов. Кроме того, привычка к Клину играет тут большую роль. Из дома чудесный вид, и при нём сад весьма достаточный. Может быть, впоследствии я его и куплю».
Здесь, незадолго перед смертью, в 1893 году была написана Шестая симфония, про которую композитор написал: «В симфонию эту я вложил без преувеличения всю свою душу». Здесь же Чайковский делал корректуры «Иоланты» и «Щелкунчика», закончил Третий фортепианный концерт.
«Белый как лунь, с волосами, сильно поредевшими, с небольшой тщательно стриженой бородою, одетый не только безукоризненно, но в неизменно свежий, как бы новый костюм, он походил на старика только цветом волос; во всём остальном производил впечатление бодрости, живости и энергии даже больших, чем в прежнее время» – так отзывался о композиторе современник.
Здесь Чайковский работал каждый день, вынашивал планы. Он говорил:
«Вдохновение – это такая гостья, которая не любит посещать ленивых».
Большая комната дома служила маэстро кабинетом и гостиной. В комнате есть аутентичные предметы, мебель, подарки, которые получал композитор во время гастролей. По фотографиям можно проследить всю жизнь Петра Ильича, его увлечения и окружающих его людей. В центре комнаты – стоит рояль «Беккер» знаменитой петербургской фортепианной мануфактуры, именно этот инструмент подарил руководитель этой марки композитору, когда он поселился в Клину.
Среди разных помещений здесь можно заглянуть в комнату Владимира Львовича, племянника Чайковского. В связи с Владимиром однажды произошёл такой курьёз. Дело в том, что Пётр Ильич был радушным хозяином и тепло принимал друзей и поклонников, если они, согласно этикету, предупреждали о заранее о визите. Однако он не терпел гостей без приглашения. Однажды Владимир приехал в Клин, не предупредив своего дядю. Пётр Ильич, не дав передохнуть племяннику, развернул его, и отправил восвояси!
В 1897 году в клинском доме был основан дом-музей П. И. Чайковского, один из первых мемориально-музыкальных музеев в России. Сразу после смерти Чайковского, брат композитора, Модест Ильич, основал музей в этом доме, и смог сберечь его в революционные годы. Во время войны экспонаты музея были эвакуированы в Воткинск, на родину Петра Ильича, и, хотя сам дом пострадал от захватчиков, его удалось быстро восстановить. Дом Чайковского и в самом деле выглядит так, как будто хозяин только вышел, и вот-вот вернётся.
Музейное собрание насчитывает свыше 200 тысяч экспонатов, здесь представлены картины К. и В. Маковских, Б. Кустодиева, В. Бялыницкого-Бируля и многие другие, коллекция ежегодно пополняется (например, из личного фонда виолончелиста Даниила Шафрана и пианиста Эмиля Гилельса). Музей включает в себя мемориальный дом П. И. Чайковского, усадебный парк с постройками, флигель с экспозицией, посвящённой любимому ученику Чайковского С. И. Танееву, а также близлежащие усадьбы «Фроловское», «Майданово» и «Демьяново», где жил или бывал Чайковский. На территории музея находится административный корпус, включающий в себя концертный зал, выставочные залы, аудиозал и здание фондохранилища.
В 2019 году здесь установлена единственная в России уникальная звуковая скульптура «Мелодия света», разработанная в Петербурге. Установка в виде вертикального двухметрового светодиодного стержня, напоминающего форму звуковой волны, воспроизводит звуковую гамму и цветовую палитру в зависимости от активности зрителей у инсталляции. В скульптуру загружены произведения Чайковского «Времена года» и «Детский альбом».
Посетить музей в Клину можно во время нашего тура «В Клин навстречу Новому Году» с Александром Воеводским. На нашей экскурсии мы увидим несколько сохранившихся исторических зданий: особняк купца Истомина, который содержал известный в городе трактир, особняк братьев Горбуновых, комплекс зданий торговых рядов из красного кирпича, ресторан купца Горшкова, почтовый двор и обезображенный перестройками Троицкий собор. Далее наш маршрут пройдёт по бывшей Дворянской улице мимо зданий Женской гимназии, Казначейства, дома городничего, мещанской богадельни и больницы, мимо Успенский собора, построенного во времена Ивана Грозного, расположенного в самом сердце средневекового Клина, в излучине реки Сестры. Здесь на службах бывал сам Чайковский.
Тур состоится в ноябре, когда страна вовсю готовится к Новому Году. Помимо Клина, мы с новогодним настроением побываем на поэтической родине Блока — Шахматово, в усадьбах Тараканово и Боблово, в музее А. Гайдара, на фабрике ёлочных игрушек с театрализованной программой «День рождения Деда Мороза».
Что написал чайковский в клину
«Я к Клину сам не знаю, как ужасно привязался…»
Древний подмосковный город Клин расположен на пути из Москвы в Петербург. Богатая история города и его окрестностей как в капле воды отражает все значительные вехи отечественной истории и связана с именами многих выдающихся деятелей российского государства, его науки и культуры. Впервые Клин в недошедшей до нас русской летописи упоминался в 1190-х годах. Но и следующее упоминание в Никоновской летописи — в 1317 году позволяет считать его одним из древнейших городов России.
Город возник на месте древнего поселения голяди — племени балтского происхождения, и, по-видимому, в Х-XII веках стал укрепленным порубежным пунктом и факторией ильменских славян-новгородцев. Деревянная крепость стояла на живописном высоком и крутом холме, который со всех сторон, кроме западной, обрамляла своей глубокой клинообразной излучиной река Сестрия, или, по-современному, Сестра. По ней к Волге, а также волоком к Оке и обратно шли славянские плоскодонные барки с пушниной, хлебом, кожами, холстами, солониной и лесом. Поэтому город-крепость Клин на протяжении средневековья был важным стратегическим пунктом на водном пути и на сухопутной дороге из Москвы в Новгород Великий. Выгодное положение на оживленных торговых путях определило судьбу города, сделав его яблоком раздора для русских князей и лакомым куском для завоевателей.
Во время феодальной раздробленности Руси Клин находился в пределах владимиро-суздальской земли. С начала XIV века Клин на полтора столетия попал под власть Тверского княжества. Ставший форпостом Твери в противоборстве с Москвой, он был сильно укреплен валом и рвом, новыми крепостными стенами. Крепость была разорена в начале 1409 года во время набега татарского мурзы Едигея. Наконец, в 1482 году московский князь Иван Васильевич III присоединил Клин к своему княжеству.
При Иване Грозном окрестности Клина, отданные опричнине, подверглись сильному опустошению. Особенно пострадали великолепные клинские строевые леса, всегда бывшие предметом зависти соседей. Известно, что важнейшие постройки Московского Кремля возводились из клинского леса.
Постоянная неуверенность клинян в будущем, порожденная частыми разорениями, заставила многих из них оставить регулярное хлебопашество и обратиться к промыслам. Одни изготовляли колеса и дуги, добывали деготь и древесный уголь, плели корзины и лапти, вырабатывали медные и стеклянные украшения, другие занимались извозом и ямской почтовой гоньбой. В начале XVIII века, после основания Петербурга, Петр I зафиксировал социальное положение жителей города, поверстав их в ямщики. Через несколько десятилетий уездный город получил свою администрацию и собственный герб, на котором был изображен на зеленом поле почтарь, скачущий на коне и трубящий в рожок.
Русский писатель А.Н. Радищев, неоднократно бывавший в городе, посвятил одну из глав своего знаменитого «Путешествия из Петербурга в Москву», судьбе жителя Клина — старого слепого солдата.
Не миновали Клина и народные восстания и бунты XVIII века, и волна революционных событий начала XX в. Именно в тяжелые годы послереволюционной разрухи в Клину побывал американский писатель Джон Рид.
Сотни клинчан мужественно сражались в годы Великой Отечественной, множество военных обелисков и памятников на клинской земле напоминают об их героизме.
Город Клин — один из признанных центров истории музыкальной культуры. Приезжая сюда, нельзя не зайти «в гости» к величайшему волшебнику русской музыки — в Дом-музей П.И. Чайковского. Здесь жил и творил гений русской музыки, творческий учитель многих поколений композиторов всего мира. В период жизни в этом доме и окрестностях Клина — Фроловском и Майданове — Петр Ильич написал многие из своих шедевров: симфонию «Манфред», оперу «Чародейка», увертюру-фантазию «Гамлет», Пятую симфонию, оперы «Иоланта» и частично «Пиковую даму», балет «Спящая красавица», балет-феерию «Щелкунчик», гениальную Шестую, Патетическую, симфонию. Бережно хранят клинчане все, что связано с пребыванием Чайковского в их городе. Сегодня музей Чайковского в Клину — это уникальный комплекс, включающий в себя не только мемориальный дом композитора, мемориальный парк с усадебными постройками, но и современный депозитарий, концертный зал, а также близлежащие усадьбы Фроловское, Майданово и Демьяново, где жил или бывал Чайковский. Музей является не только мемориальным заповедником, но и центром научной и филармонической деятельности. Здесь проходят научные конференции и семинары, музыкальные фестивали и концерты. Лучшие музыканты-исполнители считают за честь выступать в городе, освященном памятью Петра Ильича.
В пяти километрах от Клина находится деревня Борисово. Здесь в 1920-х годах жила и работала Вера Игнатьевна Мухина, выдающийся советский скульптор. Село Петровское — родина ученого Ивана Филипповича Усагина, изобретателя первого трансформатора переменного тока. В селе установлен бронзовый бюст знаменитого русского механика, сооруженный с помощью студентов и преподавателей Московского университета, в котором Усагин работал на протяжении многих лет. Поселок Нудоль связан с памятью о декабристах — когда-то здесь была усадьба семьи декабриста М.А. Волкова.
За речкой Нудолью, на холме, живописно расположилось село Поджигородово, украшением которого является памятник архитектуры XVIII века — храм Михаила Архангела. Cпециалисты утверждают, что автор его — гениальный русский зодчий В.И. Баженов. В древнем селе Никольское — Сверчково находится еще один интересный архитектурный памятник XVIII века — Никольская церковь. Эта местность — родина выдающихся зодчих XVII века Якова Бухвостова и Трофима Игнатьева.
В окрестностях села Троицкое, вблизи деревни Стрелково, находилась усадьба Игрищево, принадлежавшая художнику В.Г. Перову. В этих местах он писал свои известные картины: «Сельский крестный ход на пасхе», «Птицелов», «Охотники на привале», «Рыболов», «Проповедь на селе» и другие.
Недалеко от въезда в Клин со стороны Москвы расположено село Фроловское, памятное любителям музыки. Здесь в 1888 — 1891 годах жил и работал П.И. Чайковский. Он переехал сюда из усадьбы Майданово — северного пригорода Клина. В Майданове и Фроловском часто бывал композитор А.Н. Скрябин. Посещали Клин и другие музыканты — С. И. Танеев часто бывал у брата в Демьянове и у своего учителя П.И. Чайковского; М.А. Балакирев приезжал в Клин к отцу; Л. В. Собинов жил здесь в 1920-е годы. Частым гостем клинян был выдающийся композитор современности Д.Д. Шостакович.
Усадьба Демьяново, находящаяся в пределах современного Клина — один из значительных культурных центров российского прошлого. Здесь прежде находилось имение философа, прогрессивного юриста В.И. Танеева, брата С.И. Танеева. Сейчас здесь сохранились некоторые постройки усадьбы, восстанавливается регулярный парк. В павильоне парка усадьбы с 1904 по 1917 год жил и работал великий русский ученый-физиолог К.А. Тимирязев. С 1903 по 1916 год в летние месяцы здесь жил и творил талантливый русский художник А.М. Васнецов, этим местам посвящено несколько картин, многие эскизы и рисунки известного живописца. Ранее в разное время в Демьянове бывали А.С. Пушкин, Г.Р. Державин, С.Т. Аксаков, Т.П. Пассек, а также многие другие деятели русской культуры и науки.
В окрестностях Клина есть еще немало памятных мест, связанных с историей русской культуры. В деревне Горбово в 1888 году жил писатель Н.Н. Златовратский. В селе Соголево гостил Л.Н. Толстой, который здесь писал рассказ «Три смерти». Лучшие строки поэзии А.Н. Майкова посвящены клинскому краю, где в усадьбе Чепчиха поэт проводил в детстве летние месяцы.
Живописное Дмитровское шоссе ведет от Клина на восток. На взгорье, за рекой Сестрой, в течение нескольких десятилетий находились плантации питомника декоративных зеленых насаждений. Он был заложен в 1903 году при участии М.М. Пришвина, будущего писателя, который работал тогда в Клину агрономом.
К востоку за реку Лутосню уходит Зубовское шоссе. На крутом холме, возвышающемся над рекой, широко раскинулось старинное село Спас-Коркодино. Это бывшее имение Фонвизиных, родственников знаменитого писателя-сатирика Дениса Ивановича Фонвизина. Здесь до 1826 года жил его племянник герой Отечественной войны 1812 года декабрист М.А. Фонвизин, у которого бывал И.И. Пущин.
С высокой Спасской горы открывается вид на Клинско-Дмитровскую гряду, на живописные холмы и леса, на долину реки Лутосни, извивающейся среди прибрежных кустов. Местность оставляет неизгладимое впечатление. На горизонте виден холм, поросший лесом. Это знаменитое Боблово, бывшая усадьба великого русского ученого Д.И. Менделеева. Здесь он жил и работал в летние месяцы с 1865 по 1906 год. В Боблове написаны многие из его трудов. В 1866 — 1869 годах Менделеев проводил здесь систематические аграрные опыты с использованием комплекса известных в то время удобрений. Опыты дали хорошие результаты, убедившие научную общественность, что в России возможны высокие урожаи зерновых и других культур.
В гостях у Менделеева бывали художники Н.А. Ярошенко, А.И. Куинджи, И.Е. Репин. В августе 1887 года Менделеев выехал из Боблова в Клин, чтобы совершить полет на воздушном шаре для наблюдения солнечного затмения. В Боблове сохранилась одна из построек усадьбы начала XIX века, тополевая, липовая и вязовая аллеи, а также три небольших старинных парка. Ландшафт одного из них был разработан при участии А.И. Куинджи и Н А. Ярошенко. С окрестностями Боблова связаны многие моменты жизни и творчества великого русского поэта А.А. Блока. В августе 1903 года в Боблове состоялась его свадьба с дочерью Д.И. Менделеева.