Место дуэли М.Ю. Лермонтова
Место дуэли Лермонтова — небольшая поляна близ Пятигорска на северо-западном склоне горы Машук. Именно здесь 15 июля 1841 года в возрасте 26 лет погиб классик русской литературы. Дуэль с майором Мартыновым оказалась для гения роковой.
Первый камень на месте гибели Лермонтова был положен местными фотографами Энгелем и Раевым в 1878 году. Спустя три года здесь был установлен скромный обелиск, созданный по распоряжению контрагента Кавказских Минеральных Вод А.М. Байкова.
В период с 1881 по 1914 год внешний вид памятника и надписи на нем постоянно менялись. В конце XIX века на монументе можно было прочесть «Михаил Юрьевич Лермонтов. 15 июля 1841 г.», а в начале XX века — «Здесь погиб на поединке Михаил Юрьевич Лермонтов. 15 июля 1841 года. 1901 г.».
Окончательный вариант памятника появился в 1914 году. Его создание было приурочено к 100-летию со дня рождения поэта. Местные власти выделили деньги на строительство монумента. Автором проекта стал скульптор Б.М. Микешин, который в то время уже занимался лермонтовским памятником у Кавалерийского училища в Санкт-Петербурге. Монумент появился в 1915 году.
Открытие памятника было довольно тихим. Шли военные действия, поэтому в стране было не до пышных празднеств. Итоговый вариант Б.М. Микешину совсем не понравился. Особенно много претензий у него было к ограде. Несмотря на протест автора, памятник остался таким, каким его построили.
Монумент имеет классическую пирамидальную форму. В центре — бронзовый бюст поэта в круглой нише. Под ней написаны годы жизни Михаила Юрьевича. Памятник окружен квадратной оградой из тяжелых металлических цепей.
В 50–60-х годах Пятигорск активно расширялся. Территория, на которой располагался памятник, стала частью города.
Ежегодно 15 июля на месте гибели поэта проходят поэтические чтения. Памятник является одним из самых посещаемых лермонтовских мест.
Дуэль Лермонтова с Мартыновым
Дуэль М.Ю. Лермонтова с Н.С. Мартыновым состоялась во вторник 15 июля 1841 г. близ Пятигорска, у подножия горы Машук. Лермонтов был убит выстрелом в грудь навылет. Многие обстоятельства этого трагического события остаются неясными, поскольку показания очевидцев — самого Мартынова и секундантов М.П. Глебова и А.И. Васильчикова — давались на следствии, когда участники дуэли были озабочены не столько установлением истины, сколько тем, чтобы приуменьшить собственную вину.
Причины дуэли. Мартынов показал на следствии: «С самого приезда своего в Пятигорск Лермонтов не пропускал ни одного случая, где бы мог он сказать мне что-нибудь неприятное. Остроты, колкости, насмешки на мой счет… На вечере в одном частном доме,— за два дня до дуэли,— он вывел меня из терпения, привязываясь к каждому моему слову,— на каждом шагу показывая явное желание мне досадить.— Я решился положить этому конец». Глебов показал: «Поводом к этой дуэли были насмешки со стороны Лермонтова на счет Мартынова, который, как говорил мне, предупреждал несколько раз Лермонтова…». Васильчиков показал: «О причине дуэли знаю только, что в воскресенье 13-го июля поручик Лермонтов обидел майора Мартынова насмешливыми словами; при ком это было и кто слышал сию ссору, не знаю. Также неизвестно мне, чтобы между ними была какая-либо давнишняя ссора или вражда…».
На те же причины (но с благоприятными для Лермонтова акцентами и не опуская собственных имен) указывают другие очевидцы: компания молодых офицеров, в том числе Лермонтов и Мартынов, часто собиралась в доме генеральши М.И. Верзилиной; шутки, острословие, танцы, флирт были непременной чертой этих вечеров. Лермонтов и Мартынов ухаживали за дочерью Верзилиной — Э.А. Клингенберг (впоследствии Шан-Гирей), которой и принадлежит наиболее подробное описание роковой ссоры: «13-го июля собралось к нам несколько девиц и мужчин… Михаил Юрьевич дал слово не сердить меня больше, и мы, провальсировав, уселись мирно разговаривать. К нам присоединился Л.С. Пушкин, который также отличался злоязычием, и принялись они вдвоем острить свой язык… Ничего злого особенно не говорили, но смешного много; но вот увидели Мартынова, разговаривающего очень любезно с младшей сестрой моей Надеждой, стоя у рояля, на котором играл князь Трубецкой. Не выдержал Лермонтов и начал острить на его счет, называя его «montagnard au grand poignard» («горец с большим кинжалом».— Ред.). (Мартынов носил черкеску и замечательной величины кинжал.) Надо же было так случиться, что когда Трубецкой ударил последний аккорд, слово poignard раздалось по всей зале. Мартынов побледнел, закусил губы, глаза его сверкнули гневом; он подошел к нам и голосом весьма сдержанным сказал Лермонтову: «сколько раз просил я вас оставить свои шутки при дамах», и так быстро отвернулся и отошел прочь, что не дал и опомниться Лермонтову… Танцы продолжались, и я думала, что тем кончилась вся ссора».
Вызов на дуэль. Объяснение Лермонтова с Мартыновым по поводу ссоры произошло тотчас по выходе из дома Верзилиной вечером 13 июля. Их разговора никто, по-видимому, не слышал, и воспроизвести его мог только Мартынов; но Мартынов хорошо понимал значение именно этой части показаний: от того, кто будет признан инициатором дуэли, зависела мера наказания — вся его дальнейшая судьба. Вопрос этот занял на следствии центральное место, и Мартынов тщательно отрабатывал свои ответы. В его передаче диалог принял следующую форму: «…я сказал ему, что я прежде просил его прекратить эти несносные для меня шутки,— но что теперь, предупреждаю, что если он еще раз вздумает выбрать меня предметом для своей остроты,— то я заставлю его перестать.— Он не давал мне кончить и повторял несколько раз сряду: что ему тон моей проповеди не нравится: что я не могу запретить ему говорить про меня то, что он хочет,— и в довершение сказал мне: «Вместо пустых угроз, ты гораздо бы лучше сделал, если бы действовал. Ты знаешь, что я от дуэлей никогда не отказываюсь,— следовательно ты никого этим не испугаешь»… Я сказал ему, что в таком случае пришлю к нему своего секунданта».
Такое течение разговора означало фактически вызов со стороны Лермонтова: прося «оставить свои шутки» и намекая на возможность дуэли лишь в случае неисполнения законной просьбы, Мартынов делал «шаг к сохранению мира». Лермонтов же своим ответом отрезал путь к примирению и провоцировал вызов. Так представил дело Мартынов. Так представили его и секунданты.
Между тем существует важное свидетельство того, что акценты в пользу Мартынова в показаниях секундантов появились уже в ходе следствия; в первые же часы после дуэли они говорили другое. Это свидетельство — письмо Траскина, который в качестве старшего воинского начальника в Пятигорске встретился с Глебовым и Васильчиковым еще до того, как им были предъявлены вопросы Следственной комиссии, и на основании их устных показаний сообщал П.X. Граббе: «Мартынов сказал ему, что он заставит его замолчать… Лермонтов ответил, что не боится его угроз и готов дать ему удовлетворение, если он считает себя оскорбленным». Таким образом, в передаче Траскина, слова раздраженного Мартынова лишены смягчающего оттенка (столь тщательно акцентированного в показаниях перед Следственной комиссией) и звучат как прямая угроза; ответ же Лермонтова, сохраняя необходимую меру достоинства, несет в себе миролюбивые интонации. Картина, представленная Траскиным, в большей мере соответствует представлениям современного Лермонтоведения (сложившимся в результате кропотливого сопоставления всех деталей дуэльной истории), чем показания Мартынова, Глебова и Васильчикова, тенденциозность которых подозревали и многие современники, и позднейшие исследователи.
Секунданты. В официальных документах фигурируют имена двух секундантов — Глебова и Васильчикова; в действительности же на месте дуэли присутствовали четыре секунданта: как известно из мемуаров, решено было скрыть от следствия участие в дуэли А.А. Столыпина (Монго) и С.В. Трубецкого, т.к. во время суда они могли поплатиться больше других (и Столыпин, и Трубецкой находились на Кавказе на положении сосланных, к тому же было известно, что их обоих ненавидел Николай I). Это решение повлекло за собой и другие изменения в показаниях. Пришлось перераспределить роли двух оставшихся секундантов: Глебов назвал себя секундантом Мартынова, Васильчиков — секундантом Лермонтова. В письме к Д.А. Столыпину 1841 г. Глебов давал обратное распределение функций. Не исключается, однако, что секундантами Лермонтова были Столыпин и Трубецкой. Существует, впрочем, серьезно аргументированное предположение, что Столыпин и Трубецкой опоздали к месту дуэли из-за сильного ливня и дуэль действительно состоялась при двух свидетелях «по договоренности обеих сторон». Необходимостью скрыть участие в дуэли Столыпина и Трубецкого объясняется также путаница в показаниях о том, кто с кем и на чем приехал к месту поединка.
Дуэль. Согласно показаниям участников, дуэль происходила 15 июля около 7 часов вечера на небольшой поляне у дороги, ведущей из Пятигорска в Николаевскую колонию вдоль северо-западного склона горы Машук, в четырех верстах от города. На следующий день при осмотре указанного места Следственной комиссией замечена была «истоптанная трава и следы от беговых дрожек», а «на месте, где Лермонтов упал и лежал мертвый, приметна кровь, из него истекшая». Впрочем, время и место дуэли не вызывали сомнений. Дальнейшие показания постепенно уклоняются от истины. Мартынов: «Был отмерен барьер в 15 шагов и от него в каждую сторону еще по десяти.— Мы стали на крайних точках.— По условию дуэли каждый из нас имел право стрелять когда ему вздумается,— стоя на месте или подходя к барьеру…». Но в черновике показаний Мартынова было не так: «Условия дуэли были: 1-е. Каждый имеет право стрелять, когда ему угодно… 2-е. Осечки должны были считаться за выстрелы. 3-е. После первого промаха… противник имел право вызвать выстрелившего на барьер. 4-е. Более трех выстрелов с каждой стороны не было допущено…». Прочитав черновик, Глебов прислал записку Мартынову: «Я должен же сказать, что уговаривал тебя на условия более легкие… Теперь покамест не упоминай о условии 3 выстрелов; если же позже будет о том именно запрос, тогда делать нечего: надо будет сказать всю правду» («РА», 1893 г., № 8, с. 600). «Запроса» не последовало, и Мартынов «всей правды» не сказал: смертельные условия дуэли (право каждого на три выстрела с вызовом отстрелявшегося на барьер) были от следствия скрыты. Есть основания сомневаться, что расстояние между барьерами было 15 шагов: Васильчиков позже говорил о 10 («РА», 1872 г., № 1, с. 211). Существует версия, что непомерно тяжелые условия дуэли предложил Р. Дорохов, пытаясь заставить Лермонтова и Мартынова отказаться от поединка. То обстоятельство, что на месте поединка не было ни врача, ни экипажа на случай рокового исхода, позволяет предполагать, что секунданты до последней минуты надеялись на мирный исход.
Однако события развивались по-иному. Мартынов: «…Я первый пришел на барьер; ждал несколько времени выстрела Лермонтова, потом спустил курок…». Васильчиков: «…расставив противников, мы, секунданты, зарядили пистолеты (установлено, что были использованы дальнобойные крупнокалиберные дуэльные пистолеты Кухенройтера с кремнево-ударными запалами и нарезным стволом, принадлежавшие А.А. Столыпину,— «РЛ», 1966, № 2, с. 122, 126-27.— Ред.), и по данному знаку господа дуэлисты начали сходиться: дойдя до барьера, оба стали; майор Мартынов выстрелил. Поручик Лермонтов упал уже без чувств и не успел дать своего выстрела; из его заряженного пистолета выстрелил я гораздо позже на воздух». Глебов: «Дуэлисты стрелялись… на расстоянии 15 шагов и сходились на барьер по данному мною знаку… После первого выстрела, сделанного Мартыновым, Лермонтов упал, будучи ранен в правый бок навылет, почему и не мог сделать своего выстрела». Между тем в Пятигорске распространился слух, что Лермонтов категорически отказался стрелять в Мартынова и разрядил свой пистолет в воздух. На это указывают почти все известные нам источники: записи в дневниках А.Я. Булгакова и Ю.Ф. Самарина, письма из Пятигорска и Москвы К. Любомирского, А. Елагина, М.Н. Каткова, А.А. Кикина и др.
Первое из этих утверждений не вызывает сомнений: Траскин, который, как упоминалось, имел возможность первым допросить Глебова и Васильчикова, писал генерал Граббе 17 июля: «Лермонтов сказал, что он не будет стрелять и станет ждать выстрела Мартынова» («РЛ», 1974, № 1, с. 124-25). Вероятно, соответствует истине и слух о том, что Лермонтов выстрелил (или, по крайней мере, готовился выстрелить) в воздух. В акте медицинского осмотра трупа указывается: «При осмотре оказалось, что пистолетная пуля, попав в правый бок ниже последнего ребра, при срастении ребра с хрящом, пробила правое и левое легкое, поднимаясь вверх, вышла между пятым и шестым ребром левой стороны». Но такой угол раневого канала (от 12-го ребра до противоположного 5-го межреберья уклон при нормальном положении туловища составляет не менее 35°) мог возникнуть только в случае, если пуля попала в Лермонтова, когда он стоял повернувшись к противнику правым боком (классическая поза дуэлянта) с сильно вытянутой вверх правой рукой, отогнувшись для равновесия влево.
В пользу выстрела в воздух свидетельствуют и тот факт, что пистолет Лермонтова после дуэли оказался разряженным, и обмолвка Мартынова на следствии: «Хотя и было положено между нами считать осечку за выстрел, но у его пистолета осечки не было», и позднейшее признание Васильчикова: «…он, все не трогаясь с места, вытянул руку кверху, по-прежнему кверху же направляя дуло пистолета…». На вопрос изумленного Висковатого (которому Васильчиков сделал это сенсационное признание) — «отчего же он не печатал о вытянутой руке, свидетельствующее, что Лермонтов показывал явное нежелание стрелять», бывший секундант ответил, что прежде «он не хотел подчеркивать этого обстоятельства, но поведение Мартынова снимает с него необходимость щадить его». Итак, секунданты скрыли от следствия еще один факт — пожалуй, самый важный: Мартынов стрелял в Лермонтова не только будучи уверенным, что тот в него не целится и не выстрелит, но именно в тот самый момент, когда Лермонтов поднял руку с пистолетом и, возможно, даже успел выстрелить в воздух (необычный угол раневого канала служил одно время главным аргументом для обоснования фантастической версии, что в Лермонтова стрелял не Мартынов, а некто спрятанный в кустах на скале, нависающей над дуэльной площадкой.
После дуэли. Лермонтов скончался, не приходя в сознание, в течение нескольких минут. Васильчиков поскакал в город за врачом, остальные секунданты остались у трупа. Васильчиков вернулся ни с чем: из-за сильного ненастья (во всех источниках упоминается, что 15 июля то начинались, то прекращались ливневые дожди; по-видимому, противники стрелялись под дождем; сильная гроза продолжалась какое-то время после дуэли) никто не соглашался ехать. Затем Глебов и Столыпин уехали в Пятигорск, где наняли телегу и отправили с нею к месту происшествия кучера Лермонтова — Ивана Вертюкова и «человека Мартынова» — Илью Козлова, которые и привезли тело на квартиру Лермонтова около 11 часов вечера.
Обновлена 15 февраля 2011, 00:47 пользователем Guest
- Основные страницы
- Cоветизация армении
- Абхазия
- Аварайрская битва
- Адыгея
- Азербайджан
- Азовские походы Петра I
- Азовское сидение
- Алагирское ущелье
- Альпинистские маршруты
- Армения
- Астраханская область
- Астраханский поход 1569 г
- Астраханское восстание 1705 1706 гг
- Астраханское ханство
- Бакинские комиссары
- БЕЗЕНГИЙСКАЯ СТЕНА
- Битва в Андалальской долине
- Битва на Тереке
- Битва при Асландузе
- Битва при Крцаниси
- Битва при Тигранакерте
- Взятие аула Гимры
- Взятие Гуниба
- Владикавказ
- Волго-Донской судоходный канал
- Волгоград
- Волгоградская область
- Волгоградский тракторный завод
- Восстание И. Болотникова
- Восстание Степана Разина
- Вторжение советских войск в Грузию
- Второй кубанский поход 1918 г
- Геноцид армян в Турции
- Георгиевский трактат
- Главная
- главной страницы АСТРАХАНСКИЙ БЕСПРЕДЕЛ
- Грузия
- Гюлистанский мирный договор
- Дагестан
- Депортация балкарцев
- Депортация калмыков
- Депортация карачаевцев
- Депортация чеченцев и ингушей
- Джанги-тау
- Договор о вхождения Ингушетии в состав России
- Дресс-код для госслужащих
- Дуэль Лермонтова с Мартыновым
- Западный участок
- Змиёвская балка
- Ингушетия
- Ичкеринское сражение
- Кабардино-балкария
- Кабардино-Балкария
- Кавказские Минеральные Воды
- Кавказский поход калмыков
- Казбек
- Как казаки Пушкина в дельту возили
- Как разместить статью в wiki
- Калмыкия
- Калмыцкое ханство
- Карабахское ханство
- Карательная экспедиция ген. абхазова 1830
- Карательная экспедиция ген. Ренненкампфа (1830)
- Карачаево-черкесия
- КБР: Народ устал от мистификаций
- Коста Хетагуров
- Краснодарский край
- Куртатинское ущелье
- Кючук-Кайнарджийский мирный договор
- Легенда о гарту мальчике-птице
- Ледяной поход
- Майкоп
- Майкопский воздушный десант
- Манифест Павла I о присоединении Грузии к России
- Мария Темрюковна
- Маршруты восхождения на Казбек
- Маршруты по Безенги
- Маршруты по Эльбрусу
- Массив Шхары
- Моздок-Малгобекская операция
- Молчание золото
- Монастырь Гандзасар
- Морские звёзды
- Нагорный карабах
- Назрановское возмущение
- Начало краснодарского футбола
- Оборона Царицына
- Образование Карачаево-Черкесской АО
- Осада и взятие аула Ахульго
- Освобождение ставрополя 1943
- Основание Ростова-на-Дону
- Отзывы о зимнем отдыхе в Северной Осетии
- Отзывы об отдыхе в Цахкадзоре
- Отзывы по Чегету
- Отзывы по Эльбрусу
- Отзывы туристов o минводах
- Отзывы туристов о Домбае
- Отзывы туристов о курорте Красная поляна
- Отзывы туристов о плато Лаго-Наки
- Отзывы туристов о Приэльбрусье
- Отзывы туристов об Архызе
- Отзывы туристов об отдыхе в Бакуриани
- Погромы в Грозном
- Правда о разгроме Надыр Шаха в горах Дагестана.
- Проверка
- Республика Адыгея
- Рипсиме
- Ростово-новочеркасская операция 1920 г
- Ростовская область
- Северная осетия — алания
- СЕВЕРНЫЙ МАССИВ
- Северо-кавказская операция 1920 г
- Сражение на берегу р. Терек
- Сражение на Дзегамской равнине
- Сражение на р. Валерик
- Сражение на реке Ингур
- Сражение у реки Абазинки
- Сражение у реки Бзиюк
- Ставрополь
- Ставропольский край
- Сталинградская битва
- Странное восстание в абхазии
- Странное восстание в абхазии 1866 г
- Тетяков
- Товарищество братьев Нобель
- Туркманчайский мирный договор
- Хасаукинское сражение
- Цхинвальская железная дорога
- Чечня
- Шамхорская битва
- Шервашидзе михаил георгиевич
- Штурм Гянджи
- Эльбрус
- Эльбрус по юго-западной стене
- Южная Осетия
- Ясский мирный договор
- Ссылаются сюда
- Ставропольский край
- 27 января 2024, 22:15 Жители Славянска-на-Кубани потребовали от губернатора закрыть свалку
- 27 января 2024, 21:22 Экологи разъяснили риски от передачи государству акций Lydian Armenia
- 27 января 2024, 20:31 Семья беженцев из Палестины прибыла в Ингушетию
- 27 января 2024, 19:56 Журналисты указали на снижение остроты проблемы трудового рабства в Дагестане
«Дуэли не было – было убийство»
!—>
180 лет назад погиб Михаил Лермонтов
Учеником девятого класса я начал вести дневник. Первые несовершенные стихи, юношеские размышления. Одним словом, ничего интересного. И я давно бы о нем забыл, если бы не эпиграф. Да, на обложке этого дневника были строки Михаила Юрьевича Лермонтова:
Есть речи – значенье
Темно иль ничтожно,
Но им без волненья
Внимать невозможно.
Вот они с того самого времени всегда со мной. Как часто самые простые слова или ничтожные мысли переворачивают наше сознание или даже жизнь. Как часто именно случайные или неосторожные фразы оказываются вдруг всемогущими. И сила их огромна. И казалось бы, забери неуместное слово обратно или не обрати на него внимание. Ан нет – не получается, невозможно. И оно начинает верховодить!
История трагической смерти Михаила Лермонтова началась с простых, казалось бы, слов. Мгновение, чуть более протяжный аккорд музыкальной пьесы или громкий смех могли бы заглушить, стереть неосторожную реплику, и все сложилось бы по-другому. Или нет? Или слово всемогуще.
Три грации Пятигорска – Эмилия, Аграфена и Надежда – летом 1841 года оказались в гуще событий, в центре которых был Михаил Лермонтов. 8 июля состоялся знаменитый бал в гроте Дианы возле Николаевских ванн, устроителями которого были друзья поэта. Этот бал очень долго и с восхищением вспоминали в Пятигорске. Декабрист Н.И. Лорер писал, что на балу «Лермонтов много танцевал, да и все общество было как-то особенно настроено к веселью». Но был ли Лермонтов так безотчетно весел, как об этом вспоминали многие? Не прикрывал ли он веселостью свою тоску, предчувствуя себя обреченным? Поздно ночью после этого бала на пятигорском бульваре поэт неожиданно встретился со своим однокашником по юнкерской школе П.А. Гвоздевым, и, как вспоминал Гвоздев, в разговоре Лермонтов между прочим сказал ему: «Чувствую – мне очень мало осталось жить». Ему действительно оставалось жить всего неделю. Через 5 дней, 13 июля, на вечере в доме Верзилиных произошла ссора Лермонтова с Мартыновым.
Яков Костенецкий, встречавшийся с Мартыновым на Кавказе в 1839 и 1841 годах, писал о нем так: «Это был очень красивый молодой гвардейский офицер, блондин со вздернутым носом и высокого роста. Он был всегда очень любезен, весел, порядочно пел под фортепиано романсы и был полон надежд на свою будущность: он всегда мечтал о чинах и орденах и думал не иначе как дослужиться на Кавказе до генеральского чина. После он уехал в Гребенской казачий полк, куда был прикомандирован, и в 1841 году я увидел его в Пятигорске. Но в каком положении! Вместо генеральского чина он был в отставке всего майором, не имел никакого ордена и из веселого и светского молодого человека сделался каким-то дикарем: отрастил огромные бакенбарды, в простом черкесском костюме, с огромным кинжалом, в нахлобученной белой папахе, мрачный и молчаливый».
Вот как описывает вечер 13 июля Эмилия Клингенберг: «По воскресеньям бывали собрания в ресторации, и вот именно 13 июля собралось к нам несколько девиц и мужчин, и порешили не ехать в собрание, а провести этот вечер дома, находя это и приятнее, и веселее. Я не говорила и не танцевала с Лермонтовым, потому что в этот вечер он продолжал свои поддразнивания. Тогда, переменив тон насмешки, он сказал мне: «Мадемуазель Эмилия, прошу Вас на один только тур вальса в последний раз в моей жизни». – «Ну уж так и быть, в последний раз пойдемте». Михаил Юрьевич дал слово не сердить меня больше, и мы, провальсировав, уселись мирно разговаривать. Увидели Мартынова, разговаривающего очень любезно с младшей сестрой моей Надеждой, стоя у рояля, на котором играл Трубецкой. Не выдержал Лермонтов и начал острить на его счет, называя его «горцем с большим кинжалом». Надо же было так случиться, что, когда Трубецкой ударил последний аккорд, слово «горец» раздалось по всей зале. Мартынов побледнел, закусил губы, глаза его сверкнули гневом; он подошел к нам и голосом весьма сдержанным сказал Лермонтову: «Сколько раз просил я Вас оставить свои шутки при дамах?» – и так быстро отвернулся и отошел прочь, что не дал и опомниться Лермонтову, а на мое замечание «Язык мой – враг мой» Михаил Юрьевич отвечал спокойно: «Это ничего, завтра мы будем добрыми друзьями». Танцы продолжились, я думала, что тем кончилась вся ссора».
Однако на этом ссора не кончилась. Петр Диков, со слов своего дяди В.Н. Дикова (в 1841-м он был женихом Аграфены Верзилиной), писал: «Когда они отошли от дому на порядочное расстояние, Мартынов подошел к Лермонтову и сказал ему:
– Лермонтов, я тобой обижен, мое терпение лопнуло: мы будем завтра стреляться; ты должен удовлетворить мою обиду.
Лермонтов громко рассмеялся:
– Ты вызываешь меня на дуэль? Знаешь, Мартынов, я советую тебе зайти на гауптвахту и взять вместо пистолета хоть одно орудие; послушай, это орудие вернее – промаху не даст, а силы поднять у тебя станет. (Лермонтов намекал на то, что Мартынов плохо стрелял.)
Все офицеры захохотали. Мартынов взбесился:
– Ты не думай, что это была шутка с моей стороны.
Лермонтов засмеялся. Тут, видя, что дело идет к ссоре, офицеры подступили к ним и стали говорить, чтобы они разошлись».
Но Мартынов остался непреклонен, и дуэль была назначена на 15 июля. Согласно сословным понятиям того времени поединок считался действенным и благородным средством удовлетворения оскорбленной чести, и лучшие люди России, порой относившиеся к дуэли как к предрассудку, становились участниками, а иногда и жертвами этой старинной дворянской традиции, которая в России окончательно изжила себя только в XX веке.
И здесь надо пояснить: поединок считался честным и одобрялся светом, если отвечал следующим непременным требованиям:
Дуэли должны предшествовать вызов оскорбленного и принятие вызова оскорбителем. Вызов может быть устным и письменным. Письменный вызов назывался картелью. Вызов мог передать либо сам оскорбленный, либо его секунданты.
Наличие секундантов – непременное требование дуэли. Выбирались один или два секунданта с каждой стороны. По французскому обычаю бой без секундантов не почитался дуэлью. Присутствие секундантов служило гарантией того, что дуэль не превратится в простую резню или в умышленное посягательство на жизнь и здоровье. Обязанностью секундантов было в первую очередь содействовать примирению противников до дуэли, а если примирение было невозможно, секунданты разрабатывали условие предстоящей дуэли. В случае жестокого оскорбления чести (как, например, дуэль Пушкина и Дантеса) условия дуэли оформлялись письменно.
Условия дуэли (дуэльное соглашение) составлялись в соответствии с бытовавшими правилами и обычаями и с полным «уравнением всех дуэльных случайностей».
Дуэльные соглашения и правила должны были неукоснительно исполняться и дуэлянтами, и секундантами, в противном случае поединок, независимо от его исхода, рассматривался как бесчестный поступок.
С точки зрения соблюдения требований дуэли рассматривались как правильные, неправильные и изменнические или коварные. Дуэль почиталась неправильной, когда вольно или невольно нарушались какие-либо правила или условия.
История последней дуэли Лермонтова до сих пор остается загадкой и, вероятно, останется таковой навсегда. Следственная комиссия, начавшая работу на другой день после дуэли, сильно запутала все дело в угоду живым, обвинив во всем убитого. Между тем московский почт-директор А.Я. Булгаков, ссылаясь на письмо В.С. Голицына из Пятигорска, полученное в Москве 26 июля, записал в своем дневнике: «Когда явились на место, где надобно было драться, Лермонтов, взяв пистолет в руки, повторил торжественно Мартынову, что ему не приходило никогда в голову его обидеть, даже огорчить, что все это была одна шутка, а что ежели Мартынова это обижает, он готов просить у него прощения не только тут, но везде, где он только захочет! «Стреляй! Стреляй!» – был ответ исступленного Мартынова. Надлежало начинать Лермонтову, он выстрелил на воздух, желая кончить глупую эту ссору дружелюбно. Не так великодушно думал Мартынов, он был довольно бесчеловечен и злобен, чтобы подойти к самому противнику своему, и выстрелил ему. прямо в сердце. Удар был так силен и верен, что смерть была столь же скоропостижна, как выстрел. Несчастный Лермонтов тотчас испустил дух. Удивительно, что секунданты допустили Мартынова совершить его зверский поступок. Он поступил против всех правил чести и благородства и справедливости. Ежели он хотел, чтобы дуэль совершилась, ему следовало сказать Лермонтову: «Извольте зарядить опять Ваш пистолет. Я Вам советую хорошенько в меня целиться, ибо я буду стараться Вас убить». Так поступил бы благородный храбрый офицер, Мартынов поступил как убийца».
Только около 11 часов вечера тело Лермонтова было привезено в Пятигорск, 17 июля было проведено освидетельствование. В медицинском свидетельстве значилось: «При осмотре оказалось, что пистолетная пуля, попав в правый бок ниже последнего ребра. пробила правое и левое легкое, поднимаясь вверх, вышла между 5-м и 6-м ребром левой стороны и прорезала мягкие части плеча, от которой раны поручик Лермонтов мгновенно на месте поединка помер». В газете «Одесский вестник» за 1841 год, № 63, сообщалось: «Пятигорск. 15 июля, около 5 часов вечера, разразилась ужасная буря с молнией и громом: в это самое время между горами Машуком и Бештау скончался лечившийся в Пятигорске М.Ю. Лермонтов».
Интересно, что современники Лермонтова после гибели поэта находили общие черты между дуэлью, которую он сочинил (Печорина и Грушницкого), и дуэлью, на которой погиб. Ю.Ф. Самарин так писал об этом: «Дуэль напоминала некоторые черты из дуэли «Героя нашего времени». Возможно, современники сближали эти дуэли потому, что в персонажах лермонтовского романа видели черты реальных лиц: в Печорине – Лермонтова, а в Грушницком – Мартынова, а может быть, и потому, что оба поединка происходили с грубым нарушением дуэльных правил. Приятель Михаила Юрьевича, храбрейший офицер Руфин Дорохов, летом 1841 года находившийся в Пятигорске, заявлял: «Дуэли не было – было убийство».
Действительно, в этой дуэли произошли два грубых нарушения правил. Формально по счету «три» дуэль (или первый ее этап, вспомним о праве трех выстрелов) считалась законченной, и Лермонтов с полным правом мог выстрелить в воздух. Но преступный крик секунданта (возможно, происшедший из-за нервного перенапряжения): «Стреляйте!» – спровоцировал уже незаконный выстрел Мартынова, приведший к гибели Лермонтова. Таким образом, Мартынов и секунданты стали соучастниками изменнического убийства. Именно так квалифицировали эту дуэль современники Лермонтова. «Мартынов поступил как убийца» – такой приговор вынесло общество.
. Была ли это дань модной разочарованности или непостижимое прозрение будущности, когда за десять лет до своей кончины совсем юный Лермонтов писал:
Я предузнал мой жребий,
И грусти ранняя
знает лишь творец,
Но равнодушный мир
не должен знать.
И не забыт умру я. Смерть моя
Ужасна будет; чуждые края
Ей удивятся, а в родной стране
Все проклянут и память
Где стрелялся лермонтов на дуэли
| ЗАДАТЬ СВОЙ ВОПРОС |
| ВСЕ ВОПРОСЫ |
ГДЕ ПРОШЛА ДУЭЛЬ ЛЕРМОНТОВА И МАРТЫНОВА?
ГДЕ ПРОШЛА ДУЭЛЬ ЛЕРМОНТОВА И МАРТЫНОВА?
Дуэль между Николаем Мартыновым и Михаилом Лермонтовым состоялась на небольшой поляне на северо-западном склоне горы Машук недалеко от Пятигорска.
Первый камень на месте гибели поэта установили местные фотографы Энгель и Раев в 1878 году. Через три года управляющий курортами Кавказских Минеральных Вод Андрей Байков распорядился установить небольшой обелиск. В 1914 году, к 100-летию со дня рождения поэта, здесь появился монумент со стелой и бронзовым бюстом Лермонтова. Пятигорск вырос, и сегодня место дуэли Лермонтова и Мартынова находится в городской черте.
О том, какие еще места в Ставропольском крае связаны с именем Михаила Лермонтова, читайте в материале портала «Культура.РФ» по ссылке.
Дуэль между Николаем Мартыновым и Михаилом Лермонтовым состоялась на небольшой поляне на северо-западном склоне горы Машук недалеко от Пятигорска.
Первый камень на месте гибели поэта установили местные фотографы Энгель и Раев в 1878 году. Через три года управляющий курортами Кавказских Минеральных Вод Андрей Байков распорядился установить небольшой обелиск. В 1914 году, к 100-летию со дня рождения поэта, здесь появился монумент со стелой и бронзовым бюстом Лермонтова. Пятигорск вырос, и сегодня место дуэли Лермонтова и Мартынова находится в городской черте.
О том, какие еще места в Ставропольском крае связаны с именем Михаила Лермонтова, читайте в материале портала «Культура.РФ» по ссылке.