Рокко
К сожалению, нашими пользователями пока еще не было оставлено ни одного отзыва о компании Рокко. Вы можете быть первым и оставить свой отзыв:
Поставьте свою оценку
О компании
Гостиница: номер от 2900 р, мини-отель, бесплатный интернет в гостинице, бесплатный интернет в номерах, можно с животными, 6 номеров
Способы оплаты: наличный расчет, оплата через банк
У этой компании еще нет фото
Сферы деятельности
Кратко об организации
Организация Рокко из Нижнего Новгорода может предложить покупателям товары и услуги в рубрике Гостиницы. Расположена по адресу Минина, 10Б в Нижнем Новгороде. Связаться с представителем фирмы Рокко, чтобы получить ответ на Ваш вопрос, вы можете по телефону +7 (920) 0485000, в социальной сети Facebook .
Похожие компании поблизости
Оставьте отзыв первым
+7 (831) 233-11-00
Максима Горького, 115
+7 (831) 295-99-12
Минеева, 29
Финская сауна и русская баня Shato. Релакс для вашей души и тела!
+7 (831) 277-06-04
Гордеевская, 36а
отель / гостиница «Астра»
+7 (831) 417-70-15
ул.Гужевая, 48
+7 (831) 278-01-61
ул. Маслякова, д.12 А
Бутик-отель
+7 (951) 908-06-88
Рождественская, 20
Похожие компании
Установите приложение для чтения QR-кодов на свой телефон, чтобы считать код с контактными данными компании Рокко, и добавить их в адресную книгу вашего устройства.
Владельца бывшего клуба Rocco в Нижнем Новгороде оштрафовали на 200 тысяч рублей
Владельца дома 10б на улице Минина в Нижнем Новгороде, где раньше находился ночной клуб Rocco, оштрафовали за нарушения требований законодательства о защите ОКН. Об этом ИА «В городе N» сообщили в управлении государственной охраны объектов культурного наследия региона.
Дом, возведенный в 1840-х годах, был усадьбой купца первой гильдии и общественного деятеля Алексея Губина. Здание не является ОКН или выявленным ОКН, но при этом находится в границах исторической территории «Старый Нижний Новгород», вблизи Кремля и в границах объекта археологического наследия «Культурный слой города».
Собственник, намеренный реконструировать здание, в 2020 году представил на согласование в управление проект по обеспечению сохранности культурного слоя. Однако ведомство его отклонило. Доработанная документация в управление не поступала.
В ноябре 2021 года концепцию восстановления старинного дома, разработанную архитектурным бюро «5 и 5» по заказу компании «Парма», представили на Архитектурном совете. Директор проектной компании, в частности, рассказал о размещении паркинга. Также концепция предполагала возведение пристроя, который не предусматривался проектом 2020 года. В ходе обсуждения эксперты Архсовета указали на необходимость исключить агрессивные внедрения в здание и проработать классический вариант реконструкции. В декабре того же года управление госохраны ОКН также рассмотрело концепцию обновления здания и направило ее на доработку. Как сообщили в ведомстве, иную документацию о параметрах планируемой реконструкции после этого не предоставили.
В октябре 2022 года по обращению прокурора Нижегородской области была проведена внеплановая выездная проверка в отношении собственника здания бывшего клуба. В результате установлены нарушения требований федерального закона об объектах культурного наследия и регионального законодательства в сфере их защиты. На собственника составили протоколы, на основании которых ему выписали штраф на 200 тысяч рублей. Также ему выдали предостережение о недопустимости нарушения законодательства и предложили приостановить проведение строительных работ. Владельцу предписали предоставить в управление доработанный проект реконструкции здания с разделом об обеспечении сохранности ОКН.
Напомним, Дом Зарембы в Нижнем Новгороде выкупили у собственника для реставрации.
РОККО
Горьковская, 2082 м.
ID компании: 314504
Позиция компании
Компания находится в рубриках:
8 место (51 компания)
Ночные клубы:
51 компания
35 компаний
4 компании
Все компании по адресу:
4 компании
Спецпредложения
Отзывы о компании РОККО
Отзывы об этой компании отсутствуют. Вы можете добавить первый отзыв, предварительно авторизовавшись на сайте. Ваш отзыв будет утвержден модератором, после чего появится на сайте. Статус модерации всегда можно узнать в личном кабинете.
Похожие компании
СОВА, кафе
Заречная (153 м.)
Нижний Новгород, проспект Ленина, 36
СТАЙЛ
Бурнаковская (1183 м.)
Нижний Новгород, Народная улица, 41-в
УЛЬТРА, ночной клуб
зал на 150 посадочных мест, танцпол,
Режим работы: Ежедневно 23:00-06:00
Горьковская (1653 м.)
Нижний Новгород, Рождественская улица, 20
ФЕЛИЧИТА, диско-клуб
клуб на 300 посадочных мест, дресс-код, уникальные предложения от профессиональной команды поваров во главе с шеф-поваром заведения Олегом Тольским,
Режим работы: Пн-Пт 18:00-05:00
Горьковская (775 м.)
Нижний Новгород, улица Максима Горького, 141
Клуб рокко какая остановка нижний новгород
От редактора
ОБЪЯВЛЕНИЯ
ЛЮДИ
«Всё это рейв»
Журнал «Птюч», радио «Станция», концерт The Prodigy на Манежной площади – девяностые годы в России были временем рейва. Очевидцы рассказывают, что если тебя тормозили на улице и спрашивали, рэпер ты или металлист, то можно было назваться рейвером, и это было тем комфортным третьим вариантом, часто позволяющим избежать физических травм.
«Селедка» попыталась разобраться в истории рейв-культуры Нижнего Новгорода и узнала у непосредственных участников событий о главных местах города в девяностые, о том, когда в Нижнем прошла первая травести-вечеринка и как выглядел ад меломана
Алексей Кругов (в 90-е – Alex KrooG, диджей и промоутер, сейчас – руководитель туристического проекта «Активный кругозор»): – После того как город открыли, сюда пошла волна новой информации. На тот момент здесь уже был костяк людей, считавшихся «не такими, как все»: например, брейк-дансеры, которые еще в 80-е проводили фестиваль «Колобок», привозили многих диск-жокеев; Андрей Топчий вписывал у себя Дельфина – они все вместе танцевали на Драме, а сам фестиваль проходил в ДК Свердлова.
Все начиналось с ДК речников в 1993 году; он находился там, где сейчас Z-Top, – ночные танцы пошли именно оттуда. Тогда же открылся клуб ROCCO – место, где собирались брутальные и суровые персонажи.
Игорь Преображенский (в 90-е – режиссер, радио- и телеведущий, сейчас – сценарист, музыкальный промоутер, основатель «Кафе Дель Пара»): – Первые пати – мероприятия для друзей, для первого и второго круга, человек на сто, туда невозможно было попасть с улицы. Неожиданный выбор мест – дома культуры – объяснялся тем, что там можно было дешево арендовать площадку. Ребята приносили звук, пару стробоскопов и заряжали бобину – речь даже не шла о виниловых вертушках, о сведении музыки и диджействе. Висят три тряпки, стоят два стробоскопа, магнитофон, и люди танцуют. О первых стационарных местах можно говорить только с появлением «Манхэттена».
Максим Капчиц (в 90-е – ди-джей, сейчас – продюсер, ди-джей, музыкальный проект SO|KA): – Потом появились первые места, работающие в формате ночных клубов: Manhattan в кинотеатре «Импульс» в Щербинках и Batman в центре Сормова. Это был тот самый клубный формат, часто определяемый людьми, далекими от той движухи, как «громкая однообразная специфичная электронная музыка». Первый эксперимент начался по средам в «Манхэттене» в 1994 году – там играли (по-моему, еще с кассетных дек) питерский чувак по кличке Палтус и наш непотопляемый Топчий. В остальные дни «Манхэттен» работал просто как коммерческий клуб. «Бэтмен» был, в общем-то, обычным, качественным на то время, попсовым клубом вроде современных Z-Top или «Лекс». Из так называемого «второго эшелона» были «Печоры», Picasso и «Партия» в ДК речников.
Наталья Воронина (в 90-е – участница танцевального коллектива «Холидей», мастер спорта по художественной гимнастике, сейчас – педагог, хореограф, постановщик): – Кроме ДК речников, ночные танцы были в ДК Свердлова – в силу возраста и безденежья я там так и не побывала. Дальше открылись модная дискотека от радио «Европа плюс» в холле ТЮЗа и клуб ROCCO. Дискотека в ТЮЗе собирала тогда всевозможных артистов для шоу – саму музыку для танцев я даже и не очень помню. Зато помню, как в начале 90-х открывать радиостанцию в Нижнем приезжал самый настоящий француз по имени Оливье, высокий и красивый, – он начал встречаться с девочкой, которая училась со мной в параллельном классе. На тот момент ей было 15 лет, мы все страшно удивлялись и даже ей завидовали.
«Вся основная история творилась,
конечно же, в “Манхэттене”»
Александр Извеков (в 90-е – школьник и студент ННГУ, сейчас – сотрудник музея современного искусства «Гараж» в Москве): – «Манхэттен» располагался в подвале «Импульса», вход со двора, он состоял из небольшого танцпола и относительно небольшой барной зоны, где можно сидеть за столиками или на каких-то поверхностях. Его отличие от многих других мест, где мне довелось потом побывать, заключалось в том, что диджей находился за стеклом, то есть по ходу вечеринки ему что-то сказать с танцпола было просто невозможно. На танцполе с очень низким потолком было темно, он обслуживался несколькими простыми сканерами и, если не ошибаюсь, ультрафиолетовыми лампами. Бар был обшит каким-то фактурным материалом под песчаник, его украшали панели с рисунками-граффити, изображающими манхэттенский скайлайн.
Воронина: – Здесь был вообще полный замес по публике: бандиты, бандитские телки, супермодная молодежь, не супермодная молодежь, малолетки – все ехали в «Манхэттен». Там регулярно проводили антинаркотические рейды, так называемые «маски-шоу» – и совершенно небезосновательно. Отсюда пошли вообще все самые крутые диджеи, которые до сих пор в нижегородском топе, а все популярные персонажи широко справляли там свои дни рождения, устраивая вечеринки. Там же проходили показы модных магазинов, торгующих актуальным рейверским, и не только, барахлом из Турции.
Кругов: – Вся основная история творилась, конечно же, в «Манхэттене». Там играла клубная музыка – клаб-хаус, не прогрессив, там произошел старт. Потом, в декабре 1996 года, Герман Иоффе открыл клуб «Авиа» в здании гостиницы «Нижегородская», и это стало следующим витком клубных событий в Нижнем. Все известные диск-жокеи того периода были в «Авиа» каждую неделю. И всё, что происходило потом, вплоть до 2002 года, случилось благодаря появлению этого клубешника, который взрастил огромный пласт аудитории, активно тусующейся.
«“Авиа” просуществовал всего год, но впечатлений оставил на две жизни»
Извеков: – Большое кубическое пространство, в середине которого находился квадратный танцпол с диджейкой и двумя тумбами для гоу-гоу. Стены задрапированы черными шторами, украшенными флуоресцирующими рисунками. Вход в клуб осуществлялся по ультрафиолетовым печатям – и были умельцы, способные перевести одну печать на запястья нескольких человек. В основном в «Авиа» играл хаус в различных своих ипостасях, в отличие от «Манхэттена», в котором чаще можно было услышать техно. В то время на флаерах принято было писать стиль музыки конкретного диджея, поэтому ты мог примерно понимать, что услышишь, а когда тусуешься постоянно, уже знаешь, кто что играет. В 90-е в городе не ставили джангл вообще, и, кажется, проходила одна вечеринка с хардкором – сохранившиеся флаеры подсказывают, что в Нижний приезжал икона русской хардкор-сцены DJ Диггер.
Капчиц: – «Авиа» просуществовал всего год, но впечатлений оставил на две жизни. Масса новой музыки, красивых ярких людей, светлых эмоций, великолепный вид на Стрелку. Год за день. В общем, какое-то лето любви получается. Как огромный глоток свежего воздуха. По-моему, год – это идеальное время жизни клуба. Клубы должны закрываться молодыми, а не покрытыми плесенью и паутиной. И тогда срабатывает принцип рождения легенд.
Воронина: – Там уже стали появляться клубные фишки: танцы гоу-гоу в специально отведенных для этого модных клетках. Помню, всегда находились поддатые бабенки, которые пытались меня перетанцевать, презрительно вихляясь у сцены. Но и моей борзости хватало на то, чтобы просто плюнуть в дерзких молодых людей, которые пытались схватить во время выхода на сцену, например, за ноги.
Преображенский: – Туда никто не ходил знакомиться, искать любовных приключений, это был чисто танцевальный клуб для одиночек, куда можно было прийти одному и всю ночь протанцевать в черных очках под экстази. Люди приходили в десять вечера, танцевали без остановки и уходили в семь утра, когда включали свет.
Кругов: – Последняя вечеринка в «Авиа» прошла 4 января 1998 года. Естественно, закрытие было связано с его рентабельностью – клуб «съел» открывшийся в 97-м первый Picasso. Любопытно, что, в свою очередь, второй Picasso был «съеден» открывшимся через десять лет клубом Z-Top.
«Rocco – главное место силы для появившегося класса обеспеченной
публики»
Извеков: – Еще потанцевать под новую электронную музыку можно было в клубе «Рокко» по четвергам в 1996–1997 годах. Главное место силы для появившегося класса обеспеченной публики, но что в нем проходило в остальные дни, я не знаю, ходить туда в голову не приходило. Главный аттракцион в «Рокко» – «лазерное шоу» – там была установлена система зеленых лазеров, и где-то посередине ночи музыка останавливалась, а над сценой опускался экран, на котором демонстрировался лазерный анимационный ролик, запрограммированный в системе. Сейчас этим никого не удивить, но тогда впечатляло.
Воронина: – Клуб «Рокко» был совершенно передовым по технологиям, звуку и интерьеру – стены были голографические и блестящие. Но главное – там были шоу-программы: стриптиз, песни, пляски, показы от модельных агентств, которых тогда в Нижнем было всего два. Тусовались там совершенно разные люди, в основном не бедные. Помню, там совершенно легально и не без гордости работали проститутки. Так называемые бандиты были завсегдатаями всех клубов и дискотек, ибо деньги тянули за собой наркотики, а те тянули тусить без перерыва.
Преображенский: – С самого начала бандитская прослойка повелась на техно. Даже на самых первых вечеринках в ДК речников присутствовало какое-то количество бандитов. Тогда их было очень много – отдельный класс крепких молодых людей, которые попадали под определение «бандиты» условно, просто так или иначе связанные с криминалом: крышевание, бригады, курировавшие немногочисленные тогда заведения. Деньги у них водились, и поначалу они употребляли много наркотиков. Это было забавно: с одной стороны, модная молодежь в актуальных для того времени прикидах, а с другой – странный срез гладковыбритых и крепких молодых людей. В принципе, они как-то мирно сосуществовали на танцполе и влились в культуру не агрессивно.
Капчиц: – Я не гурман клубного алкоголя. Думаю, наливали тогда в барах то же самое, что и сегодня, за исключением одной заразы – в какой-то момент в клубах появился героин. Вот эта дрянь испортила жизнь и репутацию многим. Сейчас, слава богу, героин где-то в глубоком андеграунде.
Воронина: – Самым модным напитком в те энергичные времена был коктейль «Б-52»: если удавалось угоститься им (купить было нереально), он сразу становился предметом для обсуждения: как горел, сколько штук выпили подряд и т. д. Еще один странный коктейль – «Текила бум», который делался из текилы и, кажется, спрайта. Эту адскую смесь накрывали бирдекелем и стучали с силой о барную стойку – выпивалось залпом, рвало в клочья! Сами же пили в основном водку – дешево и било по мозгам, об остальном тогда вообще не думалось.
Капчиц: – Рассадником гоп-танцев в первой половине девяностых был ДК работников торговли на Алексеевской – большой задымленный сигаретами загон с высокой сценой и стенами, выкрашенными бежевой краской. В синем тумане сидели на корточках или сдержанно пританцовывали коротко стриженные молодые люди призывного возраста и их пассии под песни а-ля «Твоя вишневая девятка». Наверное, так выглядит ад меломана.
Извеков: – Над «Манхэттеном» располагался клуб для гопников «Ладья» – в холле кинотеатра гремела разнообразная поп-музыка типа «Руки вверх». На моей памяти конфликтов между рейверами и гопниками не было, но пересекаться с ними не хотелось. Иногда мужской туалет в «Манхэт тене» был переполнен или закрыт, и мы ходили по внутренней лестнице в туалет в «Ладью» – путешествие на другую планету. Они смотрели на нас как на пришельцев, а мы, в свою очередь, хотели от греха подальше побыстрее оттуда убраться.
Извеков: – Когда мы с друзьями проходили по Большой Покровской, на нас оборачивалась вся улица. Магазин «Луноход» появился позднее, поэтому мы знали все окрестные секонд-хенды, куда регулярно совершали набеги в поисках чего-нибудь выдающегося – однажды мне удалось составить тотал лук фиолетового цвета: джинсы, свитер и псевдодиджейская сумка, которую я одолжил у подруги.
Несколько лет на Нижегородской ярмарке проходила британская выставка, где был стенд Dr.Martens, – так решалась проблема с обувью. После фильма «На игле» я понял, что не нужно бояться «Адидаса» – так у меня появились оранжевая (конечно же!) футболка с тремя белыми полосками на плечах, а чуть позднее – темно-синяя олимпийка с большим лого «Адидаса» на спине, в которой я ходил и в пир, и в мир, и в добры люди.
С другой стороны, когда ты находишься внутри сообщества, ты понимаешь, в чем можно появиться в клубе: как такового оголтелого фриковства нью-йоркского разлива в Нижнем не было, но однажды моя подруга Марго появилась на вечеринке в свадебном платье своей мамы, чем произвела фурор и что моментально породило массу слухов, а другая подруга Варвара появилась в подаренной моей мамой белой гипюровой кофточке, без бюстгальтера, чем тоже привела в экстаз окружающих. Опытные тусовщицы никогда не носили светлое нижнее белье, потому что в свете ультрафиолетовых ламп оно начинало светиться.
Извеков: – Во второй половине 90-х прошли две важные вечеринки: «Орлята учатся летать» в кинотеатре «Орленок», приуроченная ко Дню космонавтики в 1997 году, и первый крупный рейв Aquadance 5 июля 1997 года. Особенностями «Орлят» был выбор места, – практики разовых вечеринок не существовало, – и то, что на протяжении всей ночи был открыт кинозал, в котором крутились какие-то фантастические фильмы. Aquadance – рейв на несколько тысяч человек в заброшенном ангаре на Гребном канале – поражал в первую очередь размерами ангара и гигантским подиумом, врезавшимся в центр танцпола, который использовался для выступлений гоу-гоу, среди
которых было много знакомых.
25 октября 1997 года в «Авиа» прошла первая в истории города публичная травести-вечеринка: специальным гостем была Артемида, за несколько месяцев до этого появившаяся с Огненной Леди на обложке журнала «Птюч», и два нижегородских мальчика – Миша Ребрин и Дима Самохвалов. В их задачи входило танцевать на тумбах – не более! – однако был какой-то сумасшедший ажиотаж, а про вечеринку написало несколько местных газет.
Кругов: – В 1998 году я привез в клуб «Корсар» Дельфина и попал на две с лишним тысячи долларов. Я думал, что отобьем со входа, но ошибся на старте – пригласил очень много «бесплатных» людей, и все, кто мог составить основную выручку, прошли бесплатно. Так и получилось, что клуб битком, а денег нет и, поскольку я со входа должен был расплатиться, естественно, платить нечем.
Кроме того, Нижний до сих пор не ходит тусоваться в дождь, а в тот день шел ливень, да и Дельфин опоздал на поезд и приехал на саундчек вместо 9 часов в 11. Люди знали, что концерт делает молодой промоутер, сказали: «Как? Дельфина еще нет в городе? Ну, наверное, он и не приедет», – и ушли на другую вечеринку.
Дельфин тогда спел четыре песни из уважения к зрителям и уехал из Нижнего вместе с Da Boogie Crew на такси ГАЗ-2410 от Московского вокзала, потому что я не успел купить им билеты на поезд. Все, провал полный, катастрофа – утром я понимал, что внезапно должен деньги, которых у меня нет. Но все как-то само собой со временем разрулилось – в 2000 году мы встретились с Андреем и его директором на дискотеке «Свалка» во Дворце спорта, где за бутылкой коньяка уладили разногласия.
Кругов: – Надо понимать, что если рейв проходил в субботу, то это было большим событием, потому что электронной музыке отдавались только четверги – выходные были для коммерческого звучания. Диск-жокеи того периода зарабатывали больше денег на «Эй, диджей, поставь мой компакт-диск», как это пелось у Грува.
Воронина: – Из хитов первым на ум приходит Роберт Майлз – «Children» безусловный хит, конечно. Deee-Lite, Fatboy Slim, Armand Van Helden, Faithless, зеленобровая диджейка Marusha. Это то, что удается идентифицировать по исполнителям. Но такие треки звучали в действительно модных клубах, в остальных играл классический набор 90-х, после трех часов ночи тоже начиналась «колбаса».
Капчиц: – Личный этикет определялся, как и сегодня, культурным уровнем. Всегда были персонажи, считающие, что их недовольство или негативная оценка работы диджея способствуют улучшению атмосферы на танцполе. А выражение «паставь че-нить нармальное» помню столько, сколько помню себя за пультом. Всегда были равнодушные, и всегда были и есть искренне благодарные за музыку люди. И им ответный респект, я делаю это для них.
Когда только вышел трек Роберта Майлза «Сhildren», он стал бомбой на танцполе. Любой бандос в черных джинсах Versace и с пейджером, не подозревающий о существовании иностранных языков, слово «children» знал. И естественно, этот трек просили поставить примерно один раз в двадцать минут.
Преображенский: – Разъезжались из клубов на такси, было доступно, ловили частников, никто по счетчикам не ездил, все бомбили, во всяком случае компанией сесть и уехать было вполне реально. Были и забавные случаи – как-то я добирался домой часа в три ночи, стоял, голосовал и поймал троллейбус. Тетенька за рулем говорит: «Куда?» Я: «Мне в Кузнечиху». Она в ответ: «До первой Кузнечихи довезу, а дальше сам, у меня там провода кончаются».